Flag Counter

Больше, чем война

Приветствуя участников на открытии суперфинала конкурса «Лидеры России», замглавы Администрации президента России Сергей Кириенко заявил, что, по сути, наша спецоперация на Украине перешла в цивилизационное противостояние — это и есть новая мировая реальность.

То, что мы даже чисто технически воюем (точнее отвоёвываем) сейчас не с украинским государством и тем более не с украинским народом, а со всем так называемым «цивилизованным человечеством» (весьма спорный термин, хотя бы в силу того, что является самопровозглашённым), было понятно уже с первых дней проведения СВО. В принципе, этого не скрывали даже на Западе.

Для них решимость России, которую они просто обожают персонифицировать в образе нашего президента, выступить против установившегося в интересах довольно узкой группы стран мирового порядка, просто немыслимая и непозволительная дерзость, за которую «виновный» должен быть строжайшим образом наказан, с тем, чтобы преподать урок всем прочим потенциальным бунтарям.

«Основы международного порядка оказались перед вызовом. Российский президент Владимир Путин представляет собой четкую и ясную угрозу для всех нас!», – ничтоже сумняшеся произносит с трибуны Конгресса глава Госдепартамента США Энтони Блинкен.

«Чёткую и ясную угрозу», я бы ещё добавил экзистенциальную, ибо разрушение основ прежнего мира, который наверняка войдёт в учебники истории под названием Pax Americana, будет означать конец неоколониальной системы, позволявшей Западу жировать за счёт всех остальных.

Этих самых «остальных» такое положение дел не устраивает уже давно, точнее, никогда не устраивало, но до поры до времени им приходилось с ним мириться, понимая, что любая попытка что-то изменить может обернутся серьёзными потрясениями – от какой-нибудь «арабской весны» до прямого военного вторжения коалиции западных стран.

Только в нынешнем веке (и это за двадцать-то с небольшим лет) гнев «белого господина» (прямо или опосредованно) прочувствовали на себе несколько десятков стран. Сирия, Ливия, Афганистан, Ирак, Иран, Венесуэла, Украина (да-да), Казахстан, Армения, Китай и Россия – и этот список далеко не полный.

«Всё-таки, если нельзя протестовать, то хотя бы поспорить», – говорил один из героев фильма «Убить Дракона». И спор начался.

«Дело не только в России и Китае, а в том, что все больше и больше стран в мире хотят и будут проводить независимую политику. И никакой мировой жандарм приостановить этот естественный глобальный процесс не сможет. Никаких сил не хватит. Да и желание пропадет. Сталкиваясь с проблемами внутри своих стран, придет осознание того, что это абсолютно бесперспективно. Воровство чужих активов никогда до добра никого не доводило», – заявил по этому поводу Владимир Путин, выступая на первом Евразийском экономическом форуме.

При этом обычно весьма сдержанный российский лидер, говоря о «мировом жандарме» (имя в виду, конечно же, США), даже ударил кулаком по столу. И это вовсе не случайный жест. Это демонстрация слома прежних установок на обязательную дружбу с Соединёнными Штатами и их союзниками. Перемена в психологии, если хотите.

Прямо на наших глазах в головах представителей российской власти происходит переосмысление задач, целей и роли России в мире. А ведь буквально ещё несколько лет назад ровно те же самые люди (включая и нашего президента) говорили нам о необходимости стратегического партнёрства с Западом и долгие годы добивались этого, пытаясь встроить Россию в «цивилизованное» сообщество, как равноправного члена. Причём без каких-либо претензий на мировое лидерство, а лишь с возможностью некоего особого мнения.

Помните, недавно Путин сам рассказывал, как предлагал тогдашнему американскому президенту Биллу Клинтону рассмотреть вопрос о вступлении России в НАТО. Предложи сейчас кто-то нечто подобное, его бы сочли сумасшедшим. Нынешняя ситуация развернула всё в совершенно противоположную строну. При этом, говоря «противоположную», я не имею в виду с запада на восток. Вовсе нет. Отказавшись от стремления стать частью западной системы, мы совершенно не собираемся добиваться инфильтрации в восточную. Нам это больше нужно.

Отныне Россия – не часть чьей-то системы. И в этом, как мне кажется, главный посыл слов и действий российской власти. Мы сами создатели, основной элемент и центр некой новой системы, открытой к равноправному сотрудничеству с себе подобными, но больше не желающей никуда встраиваться и входить. Именно по этому Москва такое пристальное внимание уделяет сейчас тем странам, что находятся в непосредственно близости от наших границ, и с которыми нас связывают общая история и общие интересы. По факту создаётся некий «россиецентричный» мир, как элемент новой мозаики мира глобального.

И в этом смысле нынешняя война, как поистине цивилизационное противостояние (Кириенко безусловно прав), гораздо больше, чем просто война, это коренная трансформация сознания российского общества и российской политической элиты. Это даже нельзя назвать возвращением в прошлое, в имперские времена, потому что даже тогда мы были частью чего-то большего (европейской цивилизации).

Перед нами больше не стоит выбор – Восток или Запад. Мы готовы дружить или, по крайней мере, сотрудничать и с теми, и с другими, но мы больше не хотим становиться условными США или условным Китаем, подражая им в надежде, что нас, наконец, признают за своего и, возможно, даже полюбят. Мы больше никуда не идём, мы уже пришли и стоим здесь, на своей земле. Мы – Россия, и этого вполне достаточно.


Top