Flag Counter

«Били американскими ракетами»: глава администрации Харьковской области — о преступлениях против мирных жителей

Более 20 тыс. жителей Харьковской области эвакуировались в Россию, сообщают в военно-гражданской администрации (ВГА) региона.

Поток беженцев увеличился после того, как с 10 сентября союзные силы оставили большую часть области в результате перегруппировки.

Как отмечает глава ВГА Виталий Ганчев, люди спасаются от артиллерийских обстрелов и репрессий со стороны украинских националистических батальонов за «сотрудничество» с российскими властями. О каких военных преступлениях рассказывают беженцы из Харькова, кто может стать жертвой репрессий и как ВГА продолжит поддерживать харьковчан — в интервью Ганчева RT.

— На Украине готовится законопроект о введении уголовной ответственности за получение российского гражданства. Украинцам, которые получили паспорта РФ, может грозить от пяти до 15 лет лишения свободы. Если говорить о территориях Харьковской области, которые до недавнего времени были под контролем РФ, сколько мирных жителей успели получить российское гражданство?

— Около полутысячи человек. Ещё больше граждан подали документы, но не успели получить сам паспорт. Сейчас военно-гражданская администрация Харьковской области продолжает работу, и мы делаем всё, чтобы уже здесь, в России, эти люди смогли наконец получить российское гражданство. Для них ничего не отменяется.

— Сотрудники администрации успели вывезти документы тех людей, которые подали заявление на получение российского гражданства? Есть вероятность того, что украинские власти найдут эти документы в Харьковской области и начнут преследовать граждан?

— Наши сотрудники, которые принимали документы, вывезли всю эту базу.

Если говорить конкретно об этой категории граждан, то документы, подтверждающие, что они обращались за российским гражданством, вывезены из Харьковской области. В этом у нас есть уверенность.

— Как местные жители отнеслись к идее получить российское гражданство?

— Сначала люди с осторожностью узнавали про такую возможность и постепенно проявляли всё больше интереса к этому. В последнее время один пункт приёма документов перестал успевать обрабатывать все заявки на получение российских паспортов от жителей тех территорий Харьковской области, которые контролировала РФ. Это был серьёзный показатель доверия к нам.

«На улицах иностранная речь»

— 10 сентября Минобороны РФ заявило, что российские войска перебросили из районов Балаклеи и Изюма на Донецкое направление. Союзные силы покинули большую часть территорий в области, которые они контролировали последние полгода. Какие последствия это будет иметь для местных жителей?

— Я, как любой харьковчанин, сейчас сожалею о том, что мы потеряли контроль практически над всей областью. Местные жители этих территорий тоже подавлены, ведь они были вынуждены покинуть свои дома. Но ещё хуже тем, кто не смог выехать с территорий до того, как туда зашли ВСУ. Очень многие мирные жители будут преданы репрессиям, это однозначно. Уже сейчас известно о таких случаях.

Украинские националисты сейчас занимаются фильтрацией, как они это называют, чтобы выявить сочувствующих русскому миру. Под неё попадают простые люди: учителя, врачи, которые просто жили и работали на своей земле. Эти люди остались дома при новой, российской власти — этого Киеву достаточно, чтобы объявить их врагами.

— Несколько дней назад вы заявили, что в Харьковской области иностранные наёмники, которые вместе с Вооружёнными силами Украины заходят в населённые пункты, расстреливают мирных людей. Расскажите подробнее, откуда у вас эта информация?

— Я каждый день общаюсь с людьми, которые выезжают из Харьковской области. Практически идентичные рассказы о наёмниках я слышал от жителей Купянска и Волчанского района, которые незнакомы друг с другом.

Я слышал лично от этих беженцев, что в последние дни перед эвакуацией, когда там уже стояли ВСУ, они слышали на улицах от военных только иностранную речь, а не русскую или украинскую. По их словам, некоторые жители пытались остановить мародёрство этих военных и были расстреляны на месте

Семья из Купянска, которая прибыла в Россию 11 сентября, рассказала мне, что по городу ездила машина и военные расстреливали из неё улицу и всех, кто по ней движется. Люди видели это собственными глазами. Они выходили пешком из своего района, который к тому моменту уже находился под контролем ВСУ, потому что мост через реку Оскол был уже полностью разрушен (сейчас западный берег Купянска контролируется ВСУ, восточный берег находится под контролем союзных войск РФ и ЛДНР. — RT). На восточном берегу их подобрали и помогли выехать в Россию через ЛНР.

— На этой неделе британское издание BBC со ссылкой на киевских чиновников сообщило, что в городе Изюме Харьковской области якобы обнаружены тела тысячи убитых мирных жителей. Сценарий очень похож на ситуацию с Бучей: после того, как город покинули российские военные, Киев обвинил их в расстреле мирных жителей. Как считаете, в случае с Изюмом готовится аналогичное обвинение?

— Я думаю, что судьба Бучи будет повторяться сейчас в каждом населённом пункте, где были союзные силы. И никто из западных СМИ не вспомнит, что, когда армия России и ЛДНР стояла в Изюме, город обстреливали как раз украинские войска. Точно так же все восемь лет они говорили, что Донбасс обстреливал сам себя.

В Купянске не было разрушено ни одного здания до того момента, пока по городу не стали бить американскими HIMARS (США поставляют РСЗО HIMARS на Украину с июля. — RT). Я был в каждой точке в городе, куда прилетала артиллерия, проводились экспертизы, изучались осколки ракет, и это точная информация — по Купянску били в том числе американскими ракетами HIMARS.

«Доверие — самый болезненный вопрос»

— Военно-гражданская администрация начала работать в Харьковской области с июня. Вам тяжело было завоевать доверие местных жителей?

— Вы знаете, сейчас это для меня самый болезненный вопрос. Сначала люди боялись: они не знали, чего ждать от военных России и ЛДНР, от новой власти. Например, первое, что спрашивали: «А что теперь будет с нашим языком? По-украински говорить можно?» Мы всегда отвечали, что они могут говорить на том языке, на котором хотят. Россия — многонациональная страна, где много языков, вероисповеданий и культур. Тут как раз и есть настоящая свобода, потому что людей не притесняют по признаку языка или культуры. 

Одним из первых моих указов на посту главы ВГА стал указ о языках, которые действуют на территории Харьковской области. Мы признали русский язык государственным, а украинский — региональным языком. Например, если родители хотели, то они оставляли украинский язык в программе обучения своих детей в школе. Когда люди увидели, что новая власть их не притесняет и можно спокойно жить и работать, они поверили нам.

— Почему вы сказали, что для вас вопрос о доверии местных жителей болезненный?

— Понимаете, я считаю, что в чём-то я их обманывал. Мы в администрации говорили людям, что пришли сюда навсегда, что не бросим их. По независящим от нас причинам пришлось уйти и оставить наши населённые пункты, но тем не менее факт остаётся фактом: люди сейчас там остались без нас, хотя мы говорили, что мы уже не уйдём. Поэтому однозначно на мне есть доля вины, которую я с себя не могу снимать.

— Почему именно вас выбрали на должность главы военно-гражданской администрации?

— Думаю, что важной причиной стало то, что я коренной харьковчанин: я родился и вырос в Харькове. В апреле 2015 года был вынужден бежать с Украины: за мою пророссийскую позицию меня преследовали власти, в том числе националистические военные формирования. Вторым домом для меня стали Луганск и Донецк.

У человека, готового занять такую должность, должно быть прежде всего желание вернуться на свою родину. Меня это желание не покидало все семь лет.

— Все ли сотрудники ВГА сейчас выехали с территории Харьковской области в Россию?

— Нет. Дело в том, что в Харьковской области остаются территории, которые контролируют союзные войска. Там среди мирных жителей есть старики, которые в случае чего не смогут укрыться от артиллерийского обстрела или эвакуироваться самостоятельно. Поэтому мы приняли решение, что до последнего в этих населённых пунктах будут оставаться сотрудники администрации, чтобы помочь людям на местах. Сразу скажу, что количество таких работников, которые остались за линией границы, я называть не буду.

— Почему вы, как глава администрации, выехали в Россию, а не остались работать на территории Харьковской области, которую контролируют союзные войска?

— Когда началось наступление ВСУ, на местах пропала связь. Мы не знали точно, что происходит, одновременно с этим поступали сообщения о том, что противник уже занимает населённые пункты Великий Бурлук и Двуречное. Служба безопасности приняла решение, что будет безопаснее для сотрудников администрации отходить в тыл. Я сказал, что нам нужно всё равно продолжить здесь работу. Тогда были назначены активисты, которые добровольно остались на территориях, подконтрольных России.

Основной аппарат администрации вывезли в Россию, чтобы не дать уничтожить ВГА. Тогда получилось бы, что вся работа, которую мы проделали до этого, была бесполезна. Можно говорить много пафосных речей, но на самом деле, если сейчас не сохранить костяк администрации, которая выстроила работу с местным населением за прошедшие месяцы, можно сказать, что всё проиграно. А на данный момент я считаю, что проиграна битва, но не война.

«Администрация продолжает работу»

— Чем ещё занимаются сотрудники ВГА, которые остались в Харьковской области?

— В том числе пытаются найти людей, которым необходима эвакуация, чтобы избежать репрессий.

— Среди этих людей есть российские учителя, которые якобы приехали в Харьковскую область, чтобы преподавать, как заявили в Киеве?

— Нет. Но, например, выехали не все учителя, которые летом проходили в России курсы переподготовки, чтобы 1 сентября начать обучение детей по российской программе.

Скорее всего, новость, которую разгоняли в украинских СМИ, как раз и была об этих преподавателях. Это наши люди, наши земляки, жители Харьковской области. На тот момент и сейчас они остаются гражданами Украины. То есть Украина истребляет и наказывает своё население. Где они сейчас, мы не знаем.

— Основной аппарат администрации находится в России. Вы продолжаете работать или ВГА Харьковской области распущена?

— Вся администрация продолжает работу. Причём работаем мы не только здесь, но по всей территории России, куда выехали наши харьковчане. Люди прибывают в разные области России. Сейчас наша главная идея — продолжить работу с харьковчанами, выполнить своё обещание о том, что мы их не бросим.

— Что именно вы делаете для людей из Харьковской области?

— Прежде всего нужно сделать всё, чтобы люди продолжили получать социальные выплаты. У нас очень много пенсионеров и социально защищённых слоёв населения, которым были назначены социальные выплаты от российского государства ещё там, в Харьковской области.

Сейчас я поставил задачу перед сотрудниками установить всех людей, верифицировать их документы, отделить тех, кто ещё не получил выплаты, и в первую очередь обеспечить их. Это не должно лечь на плечи местных властей.

— А могут ли обратиться к вам за помощью жители Харьковской области, которые выехали в Россию до сентябрьских событий?

— Конечно. Мы помогаем вынужденным переселенцам из Харьковской области: неважно, в каком месяце они эвакуировались. Они оказались здесь, они нуждаются в поддержке, и мы должны её обеспечить.

Читайте также: «Убить Европу Украиной»: опубликован секретный план Пентагона