Flag Counter

В предвыборную гонку в США вступили беременные мужчины

Дискуссия насчет абортов в США сделала очередной сюрреалистический вираж. Достопочтенные законодатели в конгрессе США заслушали выступление активистки и демократки Эйми Аррамбайд, возглавляющей НКО «Признай Техас», агитирующее за аборты, и задали ей несколько вопросов. В ходе обмена репликами выяснилось неожиданное.

Не откажем себе в удовольствии процитировать диалог целиком.

Конгрессмен от республиканцев Дэн Бишоп: «Вы верите, что мужчины могут беременеть и делать аборты?»

Эйми Аррамбайд: «Да».

До этого Бишоп спросил активистку о том, что есть женщина, — прямо как «что есть истина». На это Аррамбайд ответила: «Каждый идентифицирует себя как захочет». Еще у них состоялся сложный спор об употреблении местоимений «он» и «она» — ну, в общем, вы поняли.

Конечно, нельзя не подивиться, где имение, а где вода. Миллионы американцев стонут от цен на бензин и продукты, становятся бомжами, не в силах оплачивать съемное жилье, а американские законодатели как ни в чем ни бывало обсуждают право на аборт для беременных мужчин. Довольно странно, на самом деле.

Да и есть ли они, эти беременные мужчины? Не сферический ли это конь в вакууме? Статистика подсказывает, что пока их нет. Современная медицина позволяет мужчинам отрезать себе гениталии и назваться женщинами — впрочем, она еще в Древней Греции это позволяла, дело нехитрое. Но вот выносить ребенка им пока не удавалось. Есть только отдельные с глузду съехавшие женщины (извините, украинцы, за культурную апроприацию), которые сначала обкалываются мужскими гормонами, потом внезапно решают забеременеть, обкалываются другими гормонами и с нешуточным риском для себя и младенца все-таки рожают.

Про таких женщин пишет трогательные статьи популярный журнал Time. Заголовок «Беременность моего брата и создание новой американской семьи». Титульное фото — женщина с бородой кормит грудью ни в чем не повинного младенца.

Такая же женщина под псевдонимом Роберто Бете позирует в нашумевшей только что рекламе труселей американского модного дома. Только она еще сделала себе мастэктомию: отрезала грудь, попросту говоря. Рекламу с ней выпустили аккурат в День матери, поздравили типа.

Права таких трансгендеров вашингтонский режим сделал своей главной фишкой на эту предвыборную гонку. Белый дом даже выпустил указивку, согласно которой теперь нельзя говорить по-английски «беременная женщина» или, упаси бог, «мама», а надо произносить «рожающая личность» — birthing person.

Белый дом можно понять. Обозленное население готовится со свистом прокатить Демпартию на осенних выборах. Что ж, правящий режим придумал сделать как в том анекдоте: «Купи козу — продай козу». Электорат стали внезапно кошмарить возможной отменой абортов.

Кандидаты от обеих партий вынужденно размежевались по этому вопросу. Но ставки все взвинчиваются, публике надо подкидывать больше жареного. Поэтому республиканцы все активнее топят за полную отмену абортов, ссылаясь на радикально решивший проблему Техас. А демократы поднимают на щит все более экзотические меньшинства и требуют абортов даже для беременных мужчин.

После осенних выборов «козу продадут», и тема абортов предсказуемо заглохнет. Однако беременные мужчины и бородатые женщины станут непременной частью того нового мирового порядка, который выстраивают США на руинах здравого смысла и костях своих вассалов. Почтенные американские организации продолжат следить, хорошо ли соблюдаются права трансгендеров в Южной Корее и Сербии, в Венгрии и на Тайване. Отдельных людей и целые страны, не поддерживающие этот бред, зачислят в авторитарные, а то и в фашистские режимы.

Нет, понятно, что к людям, в том числе и с психическими проблемами, нужно относиться терпимо. Уважать их потребности, не обижать, обеспечивать им лечение. К этому стремятся во всех странах мира, даже самых консервативных. Интересно, что в Советском Союзе исследовали феномен транссексуализма и помогали пациентам менять пол еще с конца 1960-х. Но навязывать это как моду, заставлять сотни миллионов людей умиляться на беременных мужчин? Это ведь некоторый перебор, нет?

Для наших светлоликих любителей глобальной повесточки хотелось бы пояснить одно важное обстоятельство. Весь этот цирк с бородатыми женщинами Штаты развели не от хорошей жизни.

В 1990-е вашингтонская повестка была абсолютно другой. Там не было никакого ЛГБТ, только «демократия» и непременное процветание, которое она с собой принесет. Сто сортов колбасы, условно говоря. Джинсы и жвачка. Будь там трансгендеры в полный рост, вряд ли население СССР и соцстран так уж ломанулось бы за западными ценностями. Люди банально побоялись бы.

Идея процветания успешно работала и внутри США. Запад пировал на обломках СССР, денег было много. Тогда Штаты были действительно богатейшей страной мира, любой приехавший туда человек быстренько убеждался, что с колбасой и джинсами там все в порядке.

Что характерно — американские демократы не любят об этом вспоминать — в 1990-е элита Демпартии вовсю топила за семейные ценности и заметно прижимала секс-меньшинства. Редкий гей-парад обходился без ругательных кричалок в адрес Билла Клинтона.

Президент США, на весь мир прославившийся своей традиционной ориентацией, в 1993 году выпустил знаменитое распоряжение для американских военных нетрадиционной ориентации «Не спрашивай, не говори», а в 1996-м подписал закон о браке. В нем брак определяется исключительно как союз мужчины и женщины. И Нэнси Пелоси, и Джо Байден, и все руководство Демпартии были тогда полностью на той же линии: агитировали за патриархальную семью и общепринятые ценности.

Рекламная истерия вокруг секс-меньшинств развернулась лишь при Обаме, который не сумел вытащить страну из великой рецессии 2008-го. При нем пошла череда новых кризисов и дефицитов. Жить стало хуже, жить стало тяжелее. Традиционная семья — без извращений, без наркотиков, без психических расстройств — стала предметом роскоши, уделом верхушки среднего класса. Идею процветания тем временем перехватили Индия и Китай, Россия и Бразилия.

Вашингтону пришлось на ходу менять повесточку. И вот все те же Пелоси и Байдены принялись раскручивать ЛГБТ, трансгендеров, смену пола для детей, унисекс-туалеты. Сейчас американцам грозит реальный голод, а в инфополе США царят беременные мужчины.

Поясню простыми словами для редакторок, криейторок и авторок всех полов: хорошая жизнь для всех идет в комплекте с традиционными ценностями. К трансгендерам в нагрузку всегда предлагается безумное социальное расслоение, нищета масс и декадентская роскошь для верхушки. Вы уверены, что попадете в верхушку?

Модные труселя Calvin Klein на «беременном мужчине» жителю Шанхая или Москвы могут казаться веселеньким символом светлого будущего. Но для обычного американца — это символ его нищеты, приправленный изощренным издевательством над Днем матери.

Предметом гордости Демпартии является то, что сегодня больше двух миллионов американцев позиционируют себя как трансгендеров. Республиканцы оспаривают эту цифру. Однако она очень хорошо совпадает с числом американских граждан, занятых в сфере сексуальных услуг. Ну то есть это бизнес, ничего личного. Люди идут на адские процедуры, чтобы качественнее оказывать секс-услуги.

Конечно, далеко не все эти несчастные проходят полную процедуру по смене пола: очень дорого, болезненно, опасно для здоровья. Это предмет престижного потребления, на это решаются единицы из суперзвезд. Кстати, у многих из них есть на то свои причины. Посмотрите, например, на братьев Вачовски — извините, уж назову их по старинке. В молодости режиссеры зажигали по ночным клубам, увлекались БДСМ. Только представьте, какой вал обвинений мог бы накрыть их в разгар движения MeToo, сколько миллионов попытались бы стрясти с братьев их былые подруги. А теперь с сестер Вачовски и взятки гладки. Как их обвинишь? Кевин Спейси, наверное, локти сегодня кусает, что вовремя пол не сменил.

А для массы простых американцев податься в трансгендеры стало одним из немногих еще работающих социальных лифтов. Нет, серьезно, а что еще? Работы мало. Силовые структуры — это для здоровых, там нормативы надо сдавать. Растет только рынок секс-услуг, ну и вот.

Беременные мужчины, дорвавшиеся до рекламных разворотов, — это на самом деле несчастные женщины, отрезавшие себе все что только можно, накачанные гормонами по самое не могу и обрекшие на мучительное существование не только себя, но и своего ребенка. И ладно, если бы к этому приводило редкое психическое расстройство типа дисморфомании, при котором пациент так ненавидит свое тело, что готов буквально резать себя по кусочкам. Ужас в том, что на такие пытки люди по большей части идут от нищеты и безнадеги. Это сексуальное рабство в самом диком своем изводе. В каком-то смысле хороший символ для современных США.

Светлоликие эльфы не только у нас, их хватает по всему свету — умеют, конечно, сочинить карго-культ из любой американской дряни и молиться на нее до кровавых мозолей. Но новейшую повесточку Вашингтона, думается, даже они не освоят. Уж очень противно.


Top