Демократическая диктатура

Жила-была демократия — изначально примерно классическая, в которой решения принимают большинством голосов. Не то, чтобы демократическая система была единственно правильной или хотя бы лучшей.

Напротив, в ней по определению заложены огромные недостатки: проблема оставшихся в меньшинстве, хуже того — все должны глубоко разбираться в каждом голосуемом вопросе, чего не могло быть тогда, нет сейчас и в ближайшем будущем не предвидится.

Даже предполагаемая система принятия решений в первобытно-общинном строе выглядит более вменяемой: на собрании все могли высказаться, после чего глава общины (наиболее мудрый ее член, а не чей-то ставленник, от этого зависело выживание всех) принимал окончательное решение — не обязательно одно из двух, возможно, третье, неожиданное.

Однако демократическая система как-то прижилась, и жила — не тужила. Тем временем в обществе постепенно шло расслоение, выделились элиты, наиболее каверзной из которых стал международный финансовый капитал.

Судя по достигнутому результату, это были люди с хорошим аппетитом к деньгам и власти, но не к публичности — «большие деньги любят тишину»; инициативные до агрессивности, целеустремленные, умные, изобретательные, беспринципные по отношению к другим людям, особенно — не своего круга; зачастую пожилые, с характерными упрямством и капризностью. Но — это была сравнительно небольшая горстка людей.

Удельный вес их голосов в классической демократии никак не соответствовал их аппетиту к системе власть-деньги. Поэтому деньги стали упорно искать пути для превращения в голоса. Создавались и финансировались разнообразные общественные движения с более-менее перспективной вывеской. 

В разной форме брались под контроль представители всех институций, имеющих влияние на голоса либо напрямую на принятие решений: органов власти, силовых структур, СМИ, системы образования и прочей «творческой интеллигенции».

Отдельные местные олигархи помельче с их возможностями влияния автоматически попадали под контроль своими зарубежными кошельками. Процесс шел, методы оттачивались. 

Так и возникли соросята в смысле имени нарицательного и исчезла демократия в смысле ее превращения в фиговый листок,
прикрывающий диктатуру небольшой горстки людей.

И не случайно среди соросят так много людей, живущих либо своим интеллектом, либо спекуляцией — они составляют естественную социальную базу диктатуры на основе ментального фашизма.

Столь же предсказуемы методы этой системы, которую не так уж и легко разглядеть в силу ее распределенности. Манипуляция сознанием масс — контролируемые лишь частично, но все же СМИ, система образования и прочая «творческая интеллигенция» под прикрытием органов власти и силовых структур медленно, но верно формируют в обществе необходимые взгляды.

Метод «агрессивного меньшинства» — голосов явно недостаточно, но крайняя активность и скандальность создает иллюзию народного волеизъявления, а также задает тон пассивной части общества, формирует некий «общественный стандарт». Организационная основа ментального фашизма — инакомыслящие уничтожаются по одному дружным наскоком превосходящей группы, как минимум — на моральном, бытовом или служебном уровне.

Извечный опыт стран, которые упомянутая небольшая горстка людей уже не воспринимает родными — «разделяй и властвуй», внутри подлежащего разрушению выявляются и раздуваются любые противоречия, порой неожиданные. Абсолютная беспринципность — белое называют черным, и повторяют это много раз, пока люди не поверят.

Тем более, самые беспочвенные слухи, повторенные много раз, преподносят как правду. И этот список можно еще долго продолжать. Ничего не напоминает?

По сути, международный финансовый капитал, сводящийся к сравнительно небольшой горстке людей, считает возможным игнорировать тысячелетиями выработанные нормы морали.

И потому через цифровой концлагерь ведет всю человеческую цивилизацию, включая себя, к самоуничтожению, — это если  по дороге не столкнет ее в еще более страшный костер.

Их ошибка в том, что ум — лишь инструмент, и без совести он созидать не может. Международный финансовый капитал пытается организовать нечто удобное для себя и своих денег, но он по определению не может организовать самодостаточную жизнь общества в целом, и потому все кончится очень плохо для всех.

Наилучшим выходом было бы, если бы высокий интеллект сам обнаружил свою ошибку и вовремя остановился. Но вышеупомянутое упрямство…

Хорошо бы, чтобы люди, живущие своим интеллектом, были настолько умны, что не давали втянуть себя в разрушительную систему влияния. Но соблазн настолько силен…

Остается надеяться, что на уровне государств высшее руководство успеет взять под контроль процессы, которые, к сожалению, уже зашли очень далеко.

Читайте также: Страны G7 признались, что хотят своровать замороженные активы РФ — что дальше?

Сергей Лисичкин, специально для «Русской Весны»