Flag Counter

Независимая Украина и русская революция

Правительства Германии и Австро-Венгрии с самого начала войны сделали ставку на удары по России изнутри

Первая мировая война заставила русское правительство опереться на любые политические силы, которые были готовы оказать ему поддержку. Среди них оказались и украинские сепаратисты. Они старательно изображали лояльных подданных Российской империи, говоря лишь о необходимости национального развития, максимум осторожно заявляли о национально-культурной автономии.

Но на деле — стали змеёй, которая пригрелась на груди русского государства и готовилась применить свой смертоносный яд в тот миг, лишь только Россия ослабнет. Удивительный факт, на русской службе в это время оказались даже такие столпы украинского национализма, как Микола Михновський и Симон Петлюра.


Митинг самостийников в Киеве после гетманского переворота

Самостийники хорошо понимали, что их сил для отделения Украины от могущественной Российской империи совершенно недостаточно. Петлюра прямо говорил своим соратникам по борьбе с Россией:

«[Мы не сможем получить] государственность только с помощью собственных сил. … Нужно найти для украинских государственных интересов среди влиятельных международных сил такие, которые бы можно было заинтересовать идеей украинской государственности и которые имели бы реальную выгоду от этого для себя, то ли политическую, то ли материальную».

И в условиях войны такой силой могли стать только противники России: Австро-Венгрия и Германия.

Правительства Германии и Австро-Венгрии с самого начала войны сделали ставку на удары по России изнутри. Рейхсканцлер Теобальд Бетман-Гольвег сформулировал стратегию в отношении России в таких словах: «Освобождение угнетенных народов России, оттеснение русского деспотизма к Москве». При германском командовании был создан «Отдел по освобождению» во главе с графом Гуттен-Чапским, который отвечал за поддержку сепаратистских движений в России. Украине в нём уделялась ключевая роль.


Граф Кароль Ян Александр Гуттен-Чапский

Уже 1 августа 1914 года в Галиции была сформирована Главная украинская рада, что-то вроде национального собрания «лучших людей». Её возглавил Кость Левицкий, депутат австрийского парламента от Галиции. Рада немедленно выступила с заявлением, что «…войны хочет Царь Российский, самодержавный властелин Империи, которая является историческим врагом Украины», сразу обозначив Россию как врага, а следовательно, заявив об украинском движении как о союзнике Германии и Австро-Венгрии.

4 августа того же года образовался Союз освобождения Украины, политическая организация украинских сепаратистов. Он поставил задачу деятельного участия в «освобождении» Украины. Однако освобождение должно было закончится тем, что, отделившись от России, Украина должна была стать вассальным Австро-Венгрии королевством, которое должен был возглавить один из принцев династии Габсбургов.

Свобода получалась какая-то сомнительная, но самостийников устраивали даже такие условия, лишь бы избавиться от москалей. Идеолог сепаратизма Дмитро Донцов тогда писал: «Без отделения украинских провинций России даже самый ужасный разгром этого государства в настоящую войну будет только слабым ударом, от которого царизм оправится через несколько лет, чтобы продолжить свою старую роль нарушителя европейского мира». Что характерно, эта задача продолжает оставаться определяющей для Запада в современной политике.

К сожалению для украинского национализма, война медленно, но верно шла к победе союзников. В конце 1916 года было очевидно, что поражение Германии — лишь дело времени.

Всё внезапно изменилось после того, как 27 февраля 1917 года в Петрограде начались беспорядки. Вскоре волнения охватили столичный гарнизон, власть потеряла контроль над городом, в качестве нового правительства был сформирован Временный комитет Государственной думы, буквально через несколько дней признанный Великобританией и Францией в качестве законной власти в России. 2 марта под давлением думцев и высшего генералитета отрёкся император Николай II. В России началась революция. А у Германии и украинских националистов появился шанс.


Отречение от престола Николая II 2 марта 1917 г. В царском вагоне: министр двора барон Фредерикс, генерал Н. Рузский, В.В. Шульгин, А.И. Гучков, Николай II

После получения известий о падении царского правительства и установлении нового, революционного Временного правительства, старые власти в Киеве были парализованы. Военные структуры, следуя правилу единоначалия, беспрекословно выполняли приказы Временного правительства, многие из которых совсем не способствовали сохранению порядка. В войсках стремительно распространялся «Приказ №1», отменявший чинопочитание и вводивший солдатские комитеты для управления военными частями. Началось разложение армии. Фактически Киев был отдан на волю революционной стихии.

В это время украинские сепаратисты, которых в Киеве оказалось немало (среди прочих такие лидеры, как Микола Михновський, Володимир Винниченко и Дмитро Дорошенко), начали действовать. Появились такие националистические организации, как Союз украинских автономистов-федералистов, украинский военный клуб им. гетмана Полуботка и множество других.

Возобновили активную работу Товарищество украинских прогрессистов и Украинская социал-демократическая партия, не имевшая никакого отношения к большевикам в России, но зато выступавшая за образование украинского государства. Интересно отметить, что Михновський, сторонник «левой» политики, называл свою идеологию национал-социализм, не без оснований претендуя на изобретение этого термина, чья репутация вскоре станет весьма зловещей.

4 марта 1917 года по инициативе украинских прогрессистов и социал-демократов была сформирована Центральная рада. Председателем Центральной рады избрали Грушевського, который среди националистов пользовался репутацией выдающего украинского интеллектуала. Хотя эта организация была лишь координационным комитетом украинских националистов, она изначала начала претендовать на власть на Украине.

Сепаратисты, взяв за образец тактику русских революционеров, начали создавать параллельные структуры власти. На Украине постепенно начало устанавливаться двоевластие. Многие просто не понимали, кому же требуется подчиняться — прежнему начальству, которое заявляло о лояльности Временному правительству в Петрограде, или же новым людям, которые громко кричали о своей преданности революции и желании защитить интересы простого украинского люда.

Одновременно самостийники начали создавать военные структуры, на которые можно было опереться в случае необходимости. 6 марта уже известный нам национал-социалист Михновський и тайная военная организация «Братство самостийников» устроили собрание киевского гарнизона. Михновський заявлял, что каждый сознательный украинец, находящийся в рядах русской армии, должен считать себя воином будущей украинской державы.

Образовался организационный комитет, который уже 9 марта сформировал Учредительный военный совет Украины, а 11 марта санкционировал создание первого Украинского добровольческого полка в составе двух тысяч штыков. Разложение армии стало перерастать в раскол по национальному признаку, а у самостийников появились военные органы власти и первые вооружённые отряды.


Михновский и его последователи в Харькове

Радикал Михновський не согласился с начальным курсом Центральной рады, которая поначалу осторожничала и лишь требовала автономии. Получив власть над военной силой, он 15 марта заявил, что создает альтернативную Центральную раду, которая будет решительно выступать за немедленное получение независимости. Но вскоре Михновський понял, что гораздо выгоднее постепенно перетянуть на свою сторону умеренных националистов, и вошёл в состав рады Грушевського. Его главной задачей стало формирования ядра будущей национальной украинской армии. И в этом самостийники весьма преуспели.

Уже в мае 1917 года состоялся Первый украинский военный съезд, созванный украинским военным организационным комитетом с поддержкой Центральной рады. На мероприятие собрались 900 делегатов, избранных по национальному признаку со всех фронтов, Балтийского и Черноморского флотов. Представители признали необходимой национализацию армии по национально-терриоториальному принципу, главной задачей было объявлено перемещение украинцев в отдельные военные формирования (полки, корабли), что должно было в недалёком будущем стать основой украинской армии. Съезд образовал Украинский генеральный военный комитет.

В июне 1917 года Временное правительство было вынуждено согласиться с началом украинизации армии при условии, что это не нарушит единство российской армии. Разумеется, самостийники совершенно не собирались соблюдать условие, выдвинутое Временным правительством. Всё это, как отмечал в своих мемуарах великий князь Александр Михайлович, происходило при явной поддержке со стороны германской агентуры, работавшей в русском тылу.

Александр Керенский согласился провести украинизацию трех корпусов российской армии: 6-го, 17-го и 41-го. Туда немедленно стали поступать пополнения только из украинцев, а среди личного состава начала проводиться активная агитационная работа. Некоторые русские офицеры и генералы специально поддерживали украинизацию, так как сразу отметили очень высокую устойчивость национальных частей к влиянию большевистской пропаганды.

Но это было лишь следствием того, что национальная идеология неизбежно будет гораздо сильнее, чем идеология классовая. Поэтому, создавая украинские части, русское командование на само деле не спасало фронт, а готовило армию сепаратистов.


Александр Фёдорович Керенский в сентябре 1917 г.

Пока шла пропаганда в войсках, политические структуры сепаратизма продолжали работать. 6 апреля открылось заседание Всеукраинского национального съезда (его также называли конгрессом). Конечно же, провести даже выборы менее чем за месяц было совершенно невозможно, поэтому на съезд собрались представители общественных организаций, выбравшие сами себя.

Грушевський, составляя регламент выборов делегатов конгресса, специально добавил туда пункт, согласно которому на съезд в качестве делегата мог заявиться абсолютно любой сознательный украинец, при этом никаких документов, подтверждающих полномочия «делегата», не требовалось. Историк Сергей Волков так охарактеризовал правомочность Центральной рады и Всеукраинского съезда:

«Центральная рада была учреждением вполне самочинным, образованным явочным порядком «депутатами» от новосозданных на революционной волне групп, кружков и мелких организаций, объявивших себя партиями, и население Украины ни в малейшей степени не представляла (никаких выборов в неё не было)».

На съезде Центральная рада была переизбрана уже в качестве полномочного органа власти на Украине. Хотя политические требования пока ещё ограничивались автономией, делегаты заявили, что представители Украины должны участвовать в мирной конференции по итогам Первой мировой войны. А это означало одно — Украина становилась субъектом международного права, а ее делегация могла потребовать (и обязательно потребовала бы) образования собственного национального государства.

Впрочем, радикализация позиции самостийников привела к тому, что их отношения с вначале благосклонно настроенным Временным правительством стали резко ухудшаться. Когда делегация Центральной рады в мае отправилась в Петроград, она столкнулась с полным непониманием центральной властью желания украинских самостийников немедленно провозгласить автономию. Решение этого вопроса было отложено до созыва Учредительного собрания, что, конечно, совсем не понравилось делегатам Рады.


Массовый митинг на Софийской площади в Киеве 19 марта 1917 года

Временное правительство просто не понимало, почему оно должно разговаривать с самозванцами, которые выражают мнение лишь немногочисленных националистически настроенных кругов Украины.

Более того, проведённые на Украине местные выборы показали, что влияние националистов в обществ ничтожно — они не получили ни одного мандата. Но никем не избранная Центральная рада обладала немалой военной силой и присвоенным в условиях революции административным ресурсом. Это позволило игнорировать результаты выборов и продолжать антирусскую политику радикалов-самостийников.

Именно тогда было продемонстрировано, что даже не представляя большинство населения, активное меньшинство может захватить политический контроль над огромными территориями и навязать пассивному большинству свою идейную позицию. Именно это мы уже в наши дни наблюдали на Украине, где националисты сумели «переформатировать» на свой манер значительную часть общества.

Фактический разрыв Центральной рады с Временным правительством повлёк за собой очень серьёзные политические последствия. В Киеве был взят курс на независимость.


Top