Flag Counter

Может ли «свой» быть неправ?

Екатерина Винокурова
Журналист, правозащитник, член СПЧ при президенте

На этой неделе все бурно обсуждают высказывание священника Дмитрия Смирнова. Он сравнил женщин, живущих с мужчинами без государственной регистрации брака (в так называемом гражданском браке), с «бесплатными проститутками». Подчеркну, что речь шла даже не просто о прихожанках Русской православной церкви, но обо всех женщинах скопом.

Менее чем через сутки за высказывание отца Димитрия извинился глава отдела внешних церковных связей Московского патриархата митрополит Волоколамский Иларион. По его словам, Смирнов периодически позволяет себе оскорбительные для женщин высказывания: «Делает он это, как я полагаю, из благих побуждений, желая привлечь внимание общественности к теме защиты брака и семьи. Однако получается не всегда удачно. Приношу свои извинения тем многочисленным женщинам, которые почувствовали себя оскорблёнными очередным эпатажным высказыванием священника».

Другие церковные иерархи также назвали высказывание отца Димитрия неудачным и недопустимым. И скандал постепенно начал бы сходить на нет, если бы не героические защитники батюшки, как правило, причисляющие себя к государственникам, оправдывающие его слова самыми странными тезисами — от «он хочет защитить женщин, поэтому так их назвал» до «ха-ха-ха, опять либералов корёжит».

Также по теме


Захарова прокомментировала слова протоиерея о гражданских жёнах

Официальный представитель МИД России Мария Захарова прокомментировала заявление главы патриаршей комиссии по делам семьи протоиерея…

Самое интересное в этом дискурсе было то, что многие авторы тезисов «молодец батюшка, а либералы пусть горят в аду» сами имели опыт жизни с женщинами вне брака, а некоторые даже (о ужас!) неоднократный, то есть оскорбление было нанесено и их женщинам тоже. Это не помешало новоявленным христианам нести агрессивную чушь, которая, к сожалению, едва ли повернёт кого-то к Церкви, а скорее от неё отвратит.

Сейчас в российском общественно-политическом поле вопросы: «Кто прав?», «Что справедливо?» и даже «Виноват ли?» — подменены простым вопросом: «А он свой или чужой?»

Так, к примеру, многие люди, считающие себя охранителями режима, поторопились летом, сразу же после задержания журналиста «Медузы» Ивана Голунова сделать вывод о его виновности: «Он журналист либерального издания, а силовики — за режим, значит, он, скорее всего, наркоман, потому что тот, кто за режим, не может быть неправ».

Аналогично, к примеру, ситуация выглядит с неудачными высказываниями или действиями оппозиции. Например, журналиста ВГТРК «можно и нужно» оскорблять на оппозиционных митингах, а в идеале — никуда не пускать, потому что «чужой» просто не сможет сделать нормальный репортаж.

Или вот соратник Алексея Навального Леонид Волков заявляет, что условный приговор фигуранту дела о беспорядках на митингах в Москве Андрею Баршаю является исключительно заслугой людей, ходивших к нему на суд (за что им огромное спасибо), как и в случае с приговорённым к штрафу по тому же делу рэпером Самариддином Раджабовым. Попутно идёт обязательный припев: «Как же чужих корёжит». Только «чужими» на сей раз стали адвокат Сергей Бадамшин, глава RT Маргарита Симоньян, главред «Эха Москвы» Алексей Венедиктов и замректора Высшей школы экономики Валерия Касамара — люди, как раз неоднократно призывавшие государство в ряде резонансных уголовных дел воздержаться от скороспелого людоедства в адрес «чужих» и разбираться в делах безотносительно того, либерал ли человек, попавший в беду, или государственник.

К «своим» быть милосердным легко, к «чужим» — сложно.

Государственнику психологически проще, глядя на ребят из «организации» «Новое величие», которые ругали власть в чате, не провели ни единой акции и не сделали ровным счётом ничего, говорить: «Да правильно их в клетку посадили. Ха-ха-ха, гляньте, как за пару лет в СИЗО схуднули. И нечего этой девахе рыдать горючими слезами, что её в больницу следователь не отпускает. Поделом им, дайте им пожёстче». А потом, написав все положенные людоедские комментарии в интернете, звонить другу: «Слушай, у тебя же связи в Минздраве… Помоги ребёнка Васи на лечение устроить, Вася же «наш».

Оппозиционеру легко желать смерти любому государственнику, требовать вилы для народа. И очень тяжело публично поблагодарить «не своих» — тех же Венедиктова и Симоньян. И уж совсем непросто было подписать письмо в защиту Кирилла Вышинского или Марии Бутиной. «Не свои» — так поделом, что ли?

Самая ценная помощь — та, которую вы оказываете «не своему». Даже врагу. Самые ценные слова признания — это слова не от «своего».

Самое ценное — это когда государственник, глядя на процесс «Нового величия», говорит: «Да вы обалдели, что ли? Ребят за онлайн-чат мучают два года в тюрьме — ни за что. Перестаньте ломать им жизнь».

Также по теме


Адвокат фигуранта дела «Сети» подал апелляцию на приговор

Защитник Максима Иванкина, осуждённого в Пензе по делу террористической организации «Сеть»*, Константин Карташов подал апелляционную…

Сказать, глядя на приговор по делу «Сети»: «Вы что, обалдели? Где конкретные приготовления к конкретным терактам? Реальным убийцам и даже педофилам меньше дают».

Самое ценное — это когда оппозиционный журналист заступается за сотрудника полиции, который обращается за помощью, потому что сам столкнулся с бандитским беспределом. Самое ценное — это сказать: «Спасибо всем, кто за меня вступился, всем-всем-всем. Тем, кто ходил по начальственным кабинетам, — тоже большое спасибо. Их вклад не менее ценен, чем вклад моих друзей».

Ну а новоявленным верующим остаётся только напомнить Нагорную проповедь, где есть вот такие замечательные слова:

«Ведь если вы будете любить тех, кто вас любит, какая у вас заслуга? Разве мытари не делают того же?

И если вы дружелюбны только со своими, что в том особенного? Разве язычники не делают того же?

А вы будьте совершенны, как совершен Отец ваш Hебесный».

Принцип «держись своих» вроде бы вообще звучит красиво. Более того, именно он повышает шансы на выживание любого члена группы. Люби тех, кто любит тебя, поддерживай своих, мочи чужих, входи в группу и держись её. В первобытном обществе, конечно же, это было единственным способом прожить ещё один день и гарантировать выживание вида.

Но чем дальше, тем чаще люди начинают задумываться о другом. У этого другого есть много названий: милосердие, гуманизм, эмпатия. Люди развивались и учились благодарности, справедливости, понятиям чести и благородства. И оказалось, что как раз уже в Новом времени, и уж тем более в XXI веке, для сохранения человечества часто необходимо как раз проявлять гуманизм и милосердие, причём к «не своим». Чем закончилось утверждение принципа «держись своих, уничтожай чужих, не считай их за людей» для Германии в ХХ веке, думаю, никому напоминать не надо.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Top